Three Years

Эта повесть Чехова не так известна широкому читателю, как некоторые другие его произведения, например, тот же "Дом с мезонином", "Попрыгунья" или "Дама с собачкой". А между тем, она достойна гораздо большего внимания, чем ей в большинстве случаев отводится. "Три года" - уникальное произведение, оно второе по объему среди художественного наследия Чехова после "Драмы на охоте". Известно, что автор задумывал его как роман, но его неистребимое стремление к лаконизму, вынудило его отказаться от добавочных сюжетных линий, сосредоточится на главном, и снова явить читателю повесть, роман опять не случился. Но это не помешало Чехову уже в который раз коротко сказать о многом.

Уникальность повести еще и в том, что в ней Чехов исследует значение в жизни человека времени. Об этом подсказывает само название - "Три года". И большая для Чехова, но небольшая по общим меркам, повесть превращается в бесконечно тягучее повествование, читатель успевает прожить с главными героями все три года, в которые умещаются её события. Дыхание времени чувствуется на каждой странице, каждый эпизод имеет временную привязку: "вечером", "в первом часу", "на другой день", и т.д. Появляется ощущение, что само время предстает не просто вместилищем событий, но и одним из героев повести.

И все же - главный герой - наследник богатого купеческого рода Алексей Фёдорович Лаптев. Любой читатель, коротко знакомый с биографией автора, найдет сходство между ним и его героем. Роднит их не только общее купеческое происхождение, но отдельные черты биографии, особенно, касающиеся детства, да и можно сказать, что Лаптев - это самое полное художественное воплощение чеховской фразы о выдавливании из себя раба по капле, этим всю жизнь, с разной долей успеха, занимается главный герой. Это именно из уст Лаптева прозвучит одна из самых цитируемых чеховских фраз: "Без труда не может быть чистой и радостной жизни". По сути, перед читателем проходит сложный внутренний мир героя, его духовные метания на протяжении тех самых трёх лет, это показано так мощно и убедительно, что после прочтения повести складывается ощущение, что она была написана от первого лица, хотя это не так.

Главный внутренний конфликт, который не дает Лаптеву жить спокойно, "как все", заключается в том, что для него духовная составляющая жизни намного больше, чем материальная. А жизнь его складывается так, что как раз в материальном отношении он полностью обеспечен, а вот в духовном плане он ощущает постоянный голод. Он хочет постичь основное: в чем смысл жизни, в чем предназначение человека, он жаждет большой и настоящей любви, справедливо полагая, что в ней и есть спасение и ответы на мучающие его вопросы.

Однако, это только часть его проблем, вторая заключается в том, что Лаптев - откровенно слабый человек, не очень умеющий строить личные отношения, не обладающий достаточной силой воли. Он осознает это, осознает собственную неполноценность и нерешительность, поэтому всё, что он пытается делать, кажется ему мелким и незначительным.

А, между тем, "не выдавленный раб" постоянно прорывается наружу и дает о себе знать, хоть в сцене, когда Лаптев делает предложение Юлии Сергеевне, заявляя, что за её согласие стать его женой: "Отдал бы все, нет цены, нет жертвы, на какую бы я не пошел", хоть в эпизоде с покупкой картины на выставке. Эта неизжитая пошлость чувствовалась Юлией Белавиной изначально, она и не позволила молодой женщине увлечься московским миллионером, полюбившим её. А он тоже чувствовал её отношение к себе, что делало его еще более зажатым, неловким и заурядным.

Юлия все же принимает его предложение, она чистая и честная девушка, тонко чувствующая, но провинциальный быт, эгоистичный и эксцентричный отец, настолько надоели, что она отдает руку Лаптеву в надежде на новые впечатления, которые сулит ей столичная жизнь, Юлия, как и Лаптев, ставит духовную составляющую жизни выше материальной. Но Алексей подозревает, что Юлии нужны его деньги, но и взять свое предложение обратно он не может, начинается длительный период совместного мучения двух хороших в принципе людей.

Лаптев осознает, что Юлия его не любит, что она старается быть хорошей женой, но у неё ничего не получается. Её надежда на то, что вместо любви родится спасительная привычка, и обязанность заменит счастье, не оправдывается. Вопрос, который она поставила перед собой накануне свадьбы: "Разве без любви нельзя в семейной жизни?" находит сначала отрицательный ответ.

За три года герои пройдут через череду потерь и искушений, их брак будет не раз подвергнут серьезным ударам, кризис приобретет характер перманентного. Потерь, особенно в жизни Лаптева, будет очень много: смерть сестры, сумасшествие брата, слепота отца, потеря ребенка, и его миллионы не помогли ему избежать ни одной из этих трагедий. Юлия тоже прошла через сложнейший период, та же потеря дочери, окончательный разлад с отцом, утрата иллюзий. Ей понадобилось три года, чтобы переменить отношение к жизни и обрести доселе неизвестное ей чувство к мужу, наполненное уважением, доверительностью и признательностью, которое она принимает за любовь.

Но тонкую натуру Лаптева не так просто обмануть, он понимает, что родившаяся любовь супруги продиктована необходимостью в нем, обусловленной сложившимися жизненными обстоятельствами. Это более глубокое чувство, чем увлеченность, основанная на страсти и преклонении, но он сам оказывается не способен на такую глубину, ему нечем ответить супруге, он воспринимает происходящее как некую искусственность, и отвечает холодностью. Опять счастье проходит мимо людей, его вполне заслуживающих, проходит мимо по причине их несовершенства, несозвучности. Впереди героев ждет долгая совместная жизнь, но читателю совершенно ясно, что это будет скучное, однообразное, и, возможно, бесполезное существование, время снова будет тянуться для них несоизмеримо медленно.

А вот для друга Лаптева Ярцева время идет совершенно иначе, оно для него летит, мелькает, и жизнь кажется ему короткой, потому что он не может везде поспеть и поучаствовать. Но у него тоже не остается времени на решение вопросов личной жизни, поэтому они образуются случайно и спонтанно. Символично, что он, откровенно не равнодушный к жене друга, в конце концов начинает сожительствовать с бывшей любовницей того же друга. При всей разновекторности друзей их многое объединяет, в первую очередь неустроенность внутреннего мира, невозможность ощутить счастье.

У повести еще много других аспектов, недаром она задумывалась как роман. Но хотелось бы коснуться еще одного, связанного с братом главного героя - Фёдором. Это альтер эго Алексея, Фёдор тоже имеет идеалистические устремления, но он, в отличие от брата, даже не делает попытки вырваться из рабского состояния души, он настолько к нему привычен, что даже не может помыслить о "выдавливании раба", и этот внутренний раб его в конце концов и губит, подсказывая выход из внутреннего конфликта в виде сумасшествия. Может оно и к лучшему, ведь в Фёдоре было и благородное начало и подлое, недаром, после возвращения в Москву, Алексей почувствовал в нем салтыковского Иудушку, который и подтолкнул брата к казуистской статье "Русская душа", в которой он призывал отечественную интеллигенцию к намеренному обману народа во имя спасения человечества.

Некоторые считают, что любовь живёт три года. Но это, наверное, касается тех случаев, когда речь идёт о любви взаимной. А сколько же живёт любовь неразделённая? И может ли зонтик защитить и спасти от непогоды в доме?

В чеховском художественном мире человеческие чувства находят своё отражение не только в живой природе, но и в неодушевлённых предметах. В повести «Три года» вещью, связанной поочерёдно с внутренним миром каждого из супругов, становится женский зонтик. Подобно эстафетной палочке, он переходит из одних рук в другие, неся в себе запах счастья и любовь. Повторяющийся предметный образ способствует превращению зонтика в символ.

Духовное и материальное, возвышенное и обыденное существуют у Чехова в неразрывном единстве. А число 3 не только присутствует в названии повести, но и соответствует количеству её главных героев: Алексей, Юлия и... зонтик.

Повесть начинается и заканчивается безответным признанием в любви. Действующие лица всё те же, но они меняются местами. Неизменно ещё и другое: в руках признающегося (сначала - мужских, потом - женских) обязательно находится один и тот же чудесный зонтик, обретающий символическое значение.

Первый жадный поцелуй Алексея Лаптева, адресованный Юлии, достаётся забытому ею у сестры героя шёлковому зонтику. Раскрыв его ночью над собой, Лаптев ощутил запах счастья. Сидя под зонтиком и не выпуская его из рук, Алексей делится с другом в письме важнейшей новостью: он любит...

«Он взял зонтик и, сильно волнуясь, полетел на крыльях любви». Сердце влюблённого сжалось от радости, когда он понёс зонтик ничего не подозревающей о его чувствах владелице.

«Она протянула руку, чтобы взять зонтик, но он прижал его к груди и проговорил страстно, неудержимо, отдаваясь опять сладкому восторгу, какой он испытал вчера ночью, сидя под зонтиком: — Прошу вас, подарите мне его. Я сохраню на память о вас... о нашем знакомстве. Он такой чудесный! — Возьмите, — сказала она и покраснела. — Но чудесного ничего в нем нет. Он смотрел на нее с упоением, молча и не зная, что сказать».

И вдруг, неожиданно для самого себя, Лаптев опять прижал к груди зонтик и сделал Юлии предложение руки и сердца. Девушка же сначала испугалась, удивилась и отказала... «И в душе Алексея внезапно погас свет». Но вскоре, решив, что семейная жизнь возможна и без любви, Юлия соглашается на брак с этим странным миллионером.

Привезя жену в свой московский дом, Лаптев положил зонтик в комод из красного дерева с бронзой, в котором хранились разные ненужные вещи. И началась у молодожёнов семейная жизнь: без зонтика в руках, а также без любви с женской стороны и с угасающей от обиды любовью мужчины. «Зачем это произошло?». Неудачный брак сделал супругов друзьями по несчастью.

Противоречивый характер как человеческой природы в целом, так и самой обманчивой формы любви - любви эротической - осложняет семейную жизнь. Хоть супружеских измен не было, но и счастьем там тоже не пахло. Отношения супругов приобрели отчуждённый характер и стали похожими на убежище от скуки жизни и одиночества, а также на сотрудничество в составе команды роботов, холодно исполняющих предварительные договорённости в строгом соответствии с должностной инструкцией.

Любовь постепенно ушла из сердца Лаптева. В ранних записях Чехова к повести «Три года» герою кажется, что "у него на душе шёл снег и всё уже увяло". Вот бы и раскрыть над его заснеженной душой спрятанный зонтик, который как раз и предназначен для защиты от осадков, солнечных лучей и других неожиданностей, падающих с неба.

Со временем Лаптев сообщает жене, что он был счастлив лишь раз в жизни, когда сидел ночью под её зонтиком, испытывая блаженное состояние. Алексей достал из комода зонтик и подал Юлии. И с тех пор она с этой знаковой вещью не расставалась.

В финале повести Юлия, держа в руках старый знакомый зонтик, впервые признаётся мужу в любви, на что он не сказал ни слова.

Будут ли эти двое вместе под одним зонтом? Лёгкий мотив ожидания счастья и перемен к лучшему звучит в конце повести: «Поживём - увидим!». Финал открыт... Но вся надежда на зонтик! )

Цвела черемуха. Лаптев вспомнил, что эта черемуха во времена его детства была такою же корявой и такого же роста и нисколько не изменилась с тех пор. ... И все это были невеселые воспоминания.

Меня повесть тронула и после прочтения захотелось написать пару слов, не претендуя на анализ художественных достоинств таланта Чехова, потому что об этой повести написано много диссертаций, критических статей и прекрасных рецензий здесь на сайте. Мне всегда нравилось, как пишет Антон Павлович, но всегда даже его веселые рассказы вводили в уныние. "Три года" не исключение по количеству затронутых тяжелых тем, вскрытых язв, диагностики разных болезней общества и человеческих отношений, в том числе в семье. Негатива в небольшой повести предостаточно: смертельная болезнь сестры главного героя, её несчастный брак, сиротствующие дети при живом отце, сумасшествие брата, тирания отца, смерть сестры и ребёнка, жестокое обращение с детьми в детских воспоминаниях Лаптева, безотрадные три года брака главных героев Лаптева и Юлии, постоянные описания людей с рабским сознанием и соответствующим поведением. Вижу здесь Чехова медика, он с хирургическим спокойствием сообщает мне, что жизнь человека уныла и безысходна, изменить мало что возможно, все умрём и скорей всего в результате тяжелых болезней после несчастной любви, неудачного брака, так и не выдавив из себя раба, не справившись со своими страхами.

Как бы то ни было, приходится проститься с мыслями о счастье, – сказал он, глядя на улицу. – Его нет. Его не было никогда у меня и, должно быть, его не бывает вовсе.

А пишет удивительно, восхищаюсь каждым предложением, удивляюсь насколько многогранна эта повесть. О браке отдельно. Лаптев, тридцатичетырехлетний москвич миллионер, приехав в провинцию к умирающей сестре, влюбился и сделал предложение двадцатиоднолетней Юленьке.

– Я люблю! – произнес он вслух, и ему захотелось вдруг бежать, догнать Панаурова, обнять его, простить, подарить ему много денег, и потом бежать куда-нибудь в поле, в рощу, и все бежать без оглядки.

Несколькими ювелирными мазками мастера Чехов описывает метания Юли - выходить ей замуж без любви или нет

Ей трудно было идти против ветра, она едва шла, придерживая обеими руками шляпу, и ничего не видела от пыли.

и метания Лаптева - соглашаться ли ему на брак без любви

ему было обидно, что на его великолепное, чистое, широкое чувство ответили так мелко; его не любили, но предложение его приняли, вероятно, только потому, что он богат, то есть предпочли в нем то, что сам он ценил в себе меньше всего.

Алексей и Юлия венчаются и уезжают в Москву. В браке героев все безрадостно: Юлия пытается скрасить свою ошибку новыми знакомствами, посещением театра, художественных выставок; Лаптев ревнует, его мучают сомнения, а тут еще бывшая подруга Полина смущает своими резкими выводами о неожиданной влюбленности и скорой женитьбе друга.

Как ни странно Юлия Сергеевна, вышедшая замуж без любви, что впрочем было не редкостью по тем временам, постепенно показанная умной, сострадающей, понимающей, любящей, именно она почему-то подарила мне надежду на то, что у меня есть шанс полюбить Чехова.