Цитаты из книги Даймон

Те тоже удивятся, станут советы давать на предмет спасения Отечества. А как не спасать — Мировая на пороге, Европа горит-полыхает! Пусть совещаются! Отечество уже спасено. Сюрприи-и-и-и-з! «…Чужой патруль у моих ворот, чужой козёл да на мой огород. Идут, идут по моим городам Самбайну-Дарга, Монгол Щуудан…» Отечество спасено — работа товарища Севера начинается. Подполье заказывали? Значит, все по плану? Не то слово! Хорст Die Fahne Hoch на посту, и его парни, и «головастики» Джемины, и «эскадрон смерти».

Уже возле метро поймал себя отставной демократ за ухо. Мысленно, чтобы прохожих не смущать. Что ж это с ним такое? Морды на листовках не нравятся — бывает, на то и демократия. Но не в мордах дело. Понял Алёша — все ему не нравится, от Гаранта до последнего крикуна на улице. Гарант не так и плох, но как можно страной править без одного-единственного концлагеря? Депутат, вор и продажный мент — враги народа! Покрывают друг друга, гады! Самое время вернуть смертную казнь! Спохватился Алёша, себя одёрнул. Никак снова в товарища Севера поиграть захотелось? Но разве товарищ Север против демократии? Нельзя без неё, родимой!

Какие концлагеря? Пункт у границы открыт по требованию Евросоюза, остальные действительно для всяких бомжей. Если понадобится концлагерь, любой стадион в дело пойдёт, как в Сантьяго. Поднял товарищ Север пластиковый стаканчик, поднёс к губам. Дрянь же здесь наливают, как раз под настроение! Спорить с Женей-Евой не стал, хоть было что возразить. Стадион — он сразу заметён, Би-би-си раструбит про права человека, про учительниц изнасилованных. А так: был человек — нет человека. Где он? А в Караганде — в Жёлтых Водах ванны родоновые принимает, скоро от счастья светиться начнёт.

За упокой выпили, и ещё раз выпили. Хорст незлым тихим словом ментов-убийц помянул. Шарахнулись от тихого слова алкоголики, соседние столы обступившие, погладила Женя парня по руке. Ну их, давай о другом! Можно о другом. О концлагерях, например. — Их уже три открыли. Один в Закарпатье, якобы для незаконных мигрантов, один возле Львова, а третий, куда Гарант приезжал, у Жёлтых Вод. — Где урановые рудники? Интересно, Игорь, получается — все три на Западе, ни одного на Левобережье. Кого туда направлять станут? — Хорст! Алёша!

затем цыгане, там и до прочих очередь дойдёт. Концлагерь-первая ласточка уже построен, можно списки составлять. И мы список составим, но иной. И пойдёт первым номером…Только прямо нельзя. Надо, как Профессор изъясняется, «с подходцем». — Ну, его, Игорь! Ты лучше… Давно спросить хотел, почему ты Хорст? «Die Fahne hoch, die Reihen fest geschlossen…». Из-за этого? Засмеялся бывший десантник — не ожидал. Головой качнул: — Ну, ты понимаешь. Из-за Жени, понятно. Наслушалась про Хорста Веселя, «Триумфа воли» с «Олимпией» насмотрелась. Рифеншталь ей все,

Но танки на улицах… Не знаю, не знаю… Через несколько дней будет торжественное открытие первого Центра социальной реабилитации. — В смысле… Концлагеря? — Концлагеря, Алексей Николаевич, концлагеря. С оркестром, цветочками, речами. Проволоку потом протянут, когда пресса уедет. Поэтому мы очень осторожны. Я говорил с Юго-Востоком… С Юрием Владимировичем только один раз, но мне показалось, что он хочет подобного избежать. — Юрий Владимирович назначил Семена руководителем областного подполья. Вероятно, он имел в виду именно такой вариант — с танками.

Но что взамен? Концлагеря? — Взамен — власть для народа и в интересах народа. С максимумом допустимой свободы. Пресса, партии — пожалуйста. Мы будем только поддерживать порядок. Главное — люди. Дети не будут бояться идти в школу, молодые ребята — в армию. Вечером по улицам можно будет гулять!.. — И поезда — по расписанию. Хорст!.. Игорь… Женя! Знаете, что дальше будет? Сначала — драки с милицией, потом бомбы… — Спятил, Алексей? Какие бомбы? — А вы у товарища Севера спросите. Который подпольем руководит. — А-а… А ты откуда о товарище Севере знаешь?!

— Варя! Мы просто… Просто друзья. Ей нужно помочь и… Спасибо тебе… Варя, что у тебя случилось? А как панике не податься? Опустели супермаркеты, отхлынул народ подальше от смерти. Всякое в городе было, но бомбы с 1943-го не взрывались. Телепередачи прервали, вышел к экрану Нам Здесь Жить, новоизбранный мэр, понёс околесицу. Послушать, так словно оправдывался: не я приказывал, без моего ведома… А с чьего тогда? Кто в городе, товарищу Северу вверенном, шалит? Без Ивана Ивановича «эскадрон» притих, не своевольничает. Значит, есть ещё кто-то — с бомбами наготове? Ясное дело — есть.

…Тонкая дверь из деревоплиты, фикус на подоконнике, свет в близких окнах соседнего корпуса, старенький кассетник на полу… Туда? Нет, конечно. Не ждёт его Варя, другого ждёт. Впрочем, нет — не ждёт. Начало четвёртого утра, спит город, люди спят. Над Европой сейчас вой и предсмертный хрип, у нас, слава аллаху, не Европа. Тихо, покойно… Европа? Все ясно с Европой. Гореть ей в аду и ныне и присно. Киев! Что в Киеве? Парламента нет, не собрали, и правительства нет. Есть, правда, Президент — тот, что о «культурке» думает и концлагеря открывает.

Про Западноукраинскую Автономную всюду кричат. И про Крымскую Автономную, и даже про прошлогоднюю Юго-Восточную Украинскую. Баба Галамага потребовала отделения Харькова и Донбасса от проклятых «бендер» с последующим присоединением к «братской нации». Самое время Отечество спасать! — Есть второй вариант, Иван Иванович. Он ещё проще. Ментов вы уже почистили, перестреляли самых продажных, с остальными и договориться можно. И знаете на чем? На ваших костях. На черта новой власти «эскадроны смерти»? Вновь дрогнул шкаф. Не шеей — всем телом.

— Концлагеря охранят будем? «S.A. marschiert mit ruhig festem Schritt»? — Поэтому когда «бандеры» сюда припрутся, ты со своей группой кое-что сделаешь… Да, спросить хотел. У Ивана Ивановича бумаги с собой были?

*** — Ева! Женя… — Ты… Значит, тебе Профессор доверяет, диски даёт с программами, а мне — нет? Ты его во всем слушаешься, на задних лапках ходишь! Любимчик!.. — Ева! — Друг называется! Ничего, сама разберусь. Я уже кое-что нашла — такое, что тебе и во сне не приснится. И отцу… Профессору тоже. Теперь я уже сама, без вас. Копии дисков Монро у меня есть и… Не звони мне